Катабасис Орфея. Краткий каталог источников
КАТАБАСИС ОРФЕЯ. КРАТКИЙ КАТАЛОГ ИСТОЧНИКОВ.
-----
Источники по катабасису Орфея мы разделили на первичные и вторичные. К первичным относятся упоминания о схождении его в Аид у античных авторов, ко вторичным – литературные реконструкции, созданные на основе первичных источников. Мы сознательно отказываемся от критики текстов. Все они представляют для нас одинаковую ценность, что связано с самим характером события, о котором идёт речь. Это событие может иметь совершенно независимую мифографию, и какого-то незыблемого канона не существует. Все тексты приводятся на русском языке, исключение может быть сделано при наличии разночтений у переводчиков. Каталог, конечно, неполный, но он хорошо служит своей цели – представить позиции авторов по данному вопросу.
-----
ФРАГМЕНТ 1.
Первичный фрагмент.
То, что книги Орфея существовали, и ими активно пользовались последователи и орфеотелесты, показывает Платон в диалоге «Государство» (II. 364 е 2), говоря следующее:
«[Жрецы и прорицатели] держат наготове кучу книг Мусея и Орфея – потомков Селены и Муз, как они уверяют, – по которым они совершают жертвоприношения» [1].
Источник: [1]. А. В. Лебедев «Фрагменты ранних греческих философов», часть 1, М. Наука, 1989, стр. 40.
-----
ФРАГМЕНТ 2.
Первичный фрагмент.
Суда под словом «Орфей» пишет:
а) «[Орфей] написал … «Нисхождение в Аид» (приписывают Геродику из Перинфа) [2]».
б) «Орфей из Камарины, эпический поэт, которому приписывают «Нисхождение в Аид» [3]».
в) ««Нисхождение в Аид» [приписывают] Продику Самосскому [4]».
г) «Эпиген в сочинении «О поэзии, приписываемой Орфею» говорит, что «Нисхождение в Аид» и «Священное сказание» принадлежат Керкопу-пифагорейцу [5]».
Источник: [2], [3], [4], [5]. Суда под словом «Орфей», из: А. В. Лебедев «Фрагменты ранних греческих философов», часть 1, М. Наука, 1989, стр. 36.
Комментарий:
Был ли сам Орфей автором «Нисхождения в Аид»? Нет ни прямых доказательств, ни возможности полностью отрицать это. Во всяком случае, на авторство претендуют:
Геродик из Перинфа
Орфей из Камарины
Продик Самосский
Керкоп-пифагореец
-----
ФРАГМЕНТ 3.
Вторичный фрагмент.
«Но была так же поэма «Нисхождение в Аид», приписываемая Эпигеном Керкопу, а другими Иеродику или Орфею из Камарины. Возможно, эта поэма была написана в автобиографической форме, где Орфей описывает свои поиски Эвридики и открывает людям судьбу души, во многом так же, как в платоновском мифе. О Пифагоре так же говорили (возможно на основе ранних свидетельств), что он спускался в Аид и вернулся. Есть основание сомневаться в том, что Эсхил был знаком с поэмой о нисхождении Орфея в Аид [6].
Источник: [6]. Мартин Уэст «Орфические поэмы», I, Перевод А.С. Кузнецовой и Е.В. Афонасина. Источник: Martin West, The Orphic Poems, Oxford, Clarendon, 1983.
Комментарий:
Поэма «Нисхождение в Аид» была написана, возможно, в автобиографической форме от лица Орфея.
-----
ФРАГМЕНТ 4.
Первичный фрагмент.
«У Орфея, сына Эагра и музы Каллиопы, была супруга Евридика, как некоторые полагают, дочь Аполлона. Когда ее преследовал пастух Аристей, сын Кирены, страстно желая её обесчестить, она, убегая от этого соединения, не избежала змеи, которая стала причиной её смерти. Орфей, томимый тоской по жене, попытался своим пеньем под кифару смягчить Дита и Прозерпину, чтобы вернуть Евридику на белый свет. Итак, он спустился в преисподнюю и своим пением пробудил сострадание <в богах>. Он получил Евридику, приняв условие оглянуться не раньше, чем выйдет на белый свет. Такая стойкость, однако, невыносима для любящих: Орфей, боясь, что Дит не сдержит обещания, оглянулся и сделал напрасным свой труд. Пережив такой несчастный брак, он затем снова вернулся на землю и, возненавидев весь женский род, уединился в пустыне» [7].
Источник: [7]. «Первый Ватиканский мифограф», I. 75.
-----
ФРАГМЕНТ 5.
Первичный фрагмент.
«Орфей полюбил нимфу Эвридику и, очаровав ее звуками кифары, взял в жены. Когда ее преследовал влюбленный пастух Аристей, она, убегая, наступила на змею и умерла. Потом ее супруг спустился в подземное царство, и ему поставили условие, чтобы он не оборачивался и не смотрел на нее. Когда он обернулся и посмотрел на нее, то второй раз утратил» (=Fulg. Myth. III, 10) [8].
Источник: [8]. Гигин «Мифы», после фабулы 164
Комментарий:
Приведённый фрагмент – точная выписка из «Мифологий» Фульгенция, вставленная переписчиком в книгу Гигина «Мифы» после фабулы 164. Здесь текст более краткий, чем во фрагменте 4.
-----
ФРАГМЕНТ 6.
Первичный фрагмент.
«Сам же он (Орфей) горе любви умерял черепаховой лирой, // Пел, отрада -жена, о тебе у волны, одинокий, // Пел при рождении дня и пел при его угасанье; // В Тенара устье вошел, в преддверье глубокое Дита, // В рощу отважно проник, омраченную теменью жуткой, // К сонму теней подошел и к царю, наводящему трепет, — // К жестким сердцам, которых мольбы не смягчают людские. // Тронуты пеньем его, из жилищ подземных Эреба // Души бесплотные шли и тени лишившихся света, // Словно тысячи птиц, что в деревьях скрываются, если // Веспер сгонит их с гор иль зимний ливень грозовый. // Матери шли и отцы, разобщенные с жизнью герои // Храбрые, отроки шли и в брак не вступившие девы, // Дети, которых костер на глазах у родителей принял, // Все, кто охвачен кольцом тростников безотрадных Коцита, // Черною тиной его, отвратительной топью болотной, // Те, кто навечно пленен девятью оборотами Стикса. // Боле того, — поражен и чертог, и Смерти обитель, // Та́ртар, и с кольцами змей голубых над челом Эвмениды. // Пасть тройную свою удержал, раскрыв было, Цербер, // Ветер внезапно затих, колесо Иксионово стало. // Вот уже, выбравшись вон, он всех избег злоключений, // И уж на воздух земной возвращенная шла Эвридика, // Следуя сзади (такой им приказ дала Прозерпина). // Только безумием вдруг был охвачен беспечный любовник, — // Можно б его и простить — но не знают прощения маны! — // Остановился и вот Эвридику свою на пороге // Света, забывшись, — увы! — покорившись желанью, окинул // Взором, — пропали труды, договор с тираном нарушен! // В миг тот три́ раза гром из глубин раздался Аверна. // Та: “Кто сгубил и тебя, и меня, злополучную? — молвит, — // Чей столь яростен гнев? Жестокие судьбы обратно // Вновь призывают меня, и дрема туманит мне очи. // Ныне прощай навсегда! Уношусь, окутана ночью, // Слабые руки, увы, к тебе — не твоя — простираю”. // Только сказала — и вдруг от него, как дым, растворенный // В воздухе тонком, бежит, отвернувшись внезапно, — и друга, // Тщетно хватавшего мрак, сказать ей желавшего много, // Боле с тех пор не видала она, и лодочник Орка // Не допустил, чтоб Орфей через озеро вновь переехал. // Что было делать? Как быть, коль похищена дважды супруга? // Плачем как маны смягчить, как пеньем тронуть бессмертных? // А Эвридика меж тем в стигийской ладье холодела. // И, как преданье гласит, подряд семь месяцев долгих // Он под высокой скалой, на пустынном прибрежье Стримона // Плакал, под сводом пещер прохладных о том повествуя, — // Песнями тигров смирял и сдвигал дубы вековые» [9].
Источник: [9]. Вергилий «Георгики», IV. 464 – 510
Комментарий:
Орфей воспользовался входом в Аид, располагавшимся на мысе Тенар в Лаконике. На Тенаре находится роща со святилищем Посейдона, а поблизости от него есть пещера, через которую можно попасть в Аид.
В Подземном царстве Орфей пошёл традиционным маршрутом – через рощу Персефоны.
О том, чтобы Эвридика шла позади Орфея, приказ дала Прозерпина, а не Плутон.
Потеряв Эвридику, Орфей вновь пытался переправиться через Стикс, но Харон не пустил его в лодку.
После повторной смерти Эвридики, Орфей семь месяцев пробыл возле входа в Царство мёртвых.
Важное замечание по географии Аида: река Стикс имеет «девять оборотов».
-----
ФРАГМЕНТ 7.
Первичный фрагмент.
«Считалось, что после смерти своей жены Эвридики, он (Орфей) спустился за нею в Аид, где Плутон и Кора, очарованные его пением, проявили свою благосклонность; но он не долго пользовался этими благами, потому что позабыл данные ими указания. Очарованные его пением и мелодичными звуками дикие животные, птицы, деревья и камни собирались вокруг» [10].
Источник: [10]. Конон «Повествования», 45
-----
ФРАГМЕНТ 8.
Первичный фрагмент.
«Оплакивая смерть своей супруги Эвридики, он, как считают, сошел в царство мертвых и там восхвалил в своей песне поколение богов, исключая Отца-Либера, которого он пропустил по забывчивости» [11].
Источник: [11]. Гигин «Астрономия», II. 7: 1
Комментарий:
Это один из важнейших фрагментов, раскрывающих суть дальнейшей земной судьбы Орфея: при восхвалении богов, он позабыл упомянуть Диониса.
-----
ФРАГМЕНТ 9.
Вторичный фрагмент.
«Среди многих причин, по которым золотые пластины привлекли к себе столько внимания – одна из главных кроется в том, что они касаются двух центральных тем орфизма, как его понимают современные ученые. Во-первых, это эсхатология: поскольку Орфей отправился в подземный мир, чтобы спасти свою жену, Эвридику, считалось, что он получил определенные знания о загробной жизни, и что эти знания сохранились в его поэзии. Греки ассоциировали Орфея с мистериальными культами – считали его их легендарным основателем, поэтому, поскольку забота о загробной жизни казалась важной в этих культах, ученые пришли к выводу, что орфизм также связан с загробной жизнью» [12].
Источник: [12] Дуэйн Мейснер «Знакомство с орфическими теогониями».
Комментарий:
Д. Мейснер указывает, что, отправляясь в путешествие по Подземному миру, Орфей обладал какими-то знаниями о загробной жизни. Их он мог получить во время посещения Египта, когда он был посвящён в мистерии. Либо он имеет в виду, что эти знания и были им приобретены вследствие его загробного опыта.
-----
ФРАГМЕНТ 10.
Первичный фрагмент.
«Мог однажды владык тронуть безжалостных // Слезной песней Орфей, просьбой смиренною // Евридику свою вновь возвратить моля. // Та, что следом влекла скалы, леса и птиц, // Чей удерживал звук реки бегучие // И проворных зверей, сладкая музыка // Раздается слышней в царстве безмолвия, // И смягчает сердца струн небывалый звон. // По усопшей жене плачут фракиянки, // Плачут боги, слезам горестным чуждые, // И с угрюмым челом судьи, что призваны // Все вины разбирать древних преступников, // Слезы вместе с певцом по Евридике льют. // Смерти сам властелин «Ты победил, сказал, // К свету вновь возвратись, но под условием: // Ты за мужем вослед сзади иди одна, // Ты взглянуть на жену вправе не прежде, чем // Явит блещущий день вам небожителей // И спартанский Тенар дверь распахнет вблизи; // Ненавидит любовь медлить, не может ждать: // Дар увидеть спеша, дар потерял Орфей. // Если Дита чертог песня сломить могла, // Значит, Дита чертог сможет и мощь сломить» [13].
Источник: [13]. Сенека «Геркулес в безумье», 569 – 591
Комментарий: У Сенеки разрешение на освобождение Эвридики даёт сам Дит, а не Персефона.
-----
ФРАГМЕНТ 11.
Первичный фрагмент.
«Когда жена его, Эвридика, умерла от укуса змеи, он спустился в Аид с целью увести ее оттуда и стал просить Плутона вернуть ее на землю. Плутон обещал Орфею исполнить его просьбу, если он, ведя свою супругу на землю, не взглянет на нее прежде, чем придет в свой дом. Орфей же, не послушавшись, обернулся и взглянул на супругу, и та вновь вернулась в Аид» [14].
Источник: [14]. Аполлодор «Мифологическая библиотека», I. III: 2
-----
ФРАГМЕНТ 12.
Первичный фрагмент.
«Сладко // Увидеться друзьям, хотя бы в сонном // Мечтании, и каждая минута // Им дорога свидания. О, если б // Орфея мне слова и голос нежный, // Чтоб умолить я Персефону мог // И, гимнами Аида услаждая, // Тебя вернуть. Клянусь, ни Кербер адский, // Ни на весло налегший там Харон // Желаний бы во мне не охладили, // Пока б тебя я солнцу не вернул...» [15].
Источник: [15]. Еврипид «Алкестида», 354 – 364
-----
ФРАГМЕНТ 12.
Вторичный фрагмент.
«Затем он отправился к пещере Тенар, к зияющей пропасти входа в подземный мир, не страшась мрака, спустился туда и добрался до темнеющей рощи. Там он обратился к ужасному владыке подземного царства, чтобы умилостивить его сердце, не знающее жалости к человеку. От пения Орфея пришли в движение легкие тени, покинувшие свои жилища в тайных глубинах Эреба; лишенные солнечного света подобия людей, они напоминали тысячи птиц, скрывающихся в листве ветвей, когда ночной или зимний вихрь с гор гонит их. Шли матери и мужи, великие герои, которые немало боролись в жизни, дети, незамужние девушки, юноши, которых раньше родителей возложили на погребальный костер, и все те, кого связывает стоячая вода илистой реки Кокита и отвратительного болота, кого держит поток Стикса, восемь раз обтекающий вокруг подземного царства. Пению Орфея дивились во дворце Аида, даже в наиболее отдаленном закоулке самого Тартара, дивились и Евмениды, в волосах которых извивались темно-синие змеи. Кербер забыл закрыть пасти своих трех голов, и остановилось колесо Иксиона. Персефона, царица подземного мира, также умилилась и разрешила Эвридике выйти из подземного царства, обязав ее оставаться позади мужа, когда она будет идти в дневной мир, и наказав, что, пока они не достигнут его, Орфей не должен оборачиваться. Но Орфей потерял разум в тоске по супруге — простительный грех, если бы вообще подземные боги могли признавать прощение, — они уже почти достигли дневного мира, когда Орфей вдруг остановился и обернулся назад. Этим он погубил все, чего достиг, он сам нарушил договор, заключенный с неумолимым владыкой Аорна; три раза раздался хрустящий звук, и Эвридика печально сказала: «И меня, твою несчастную супругу, и тебя, Орфей, погубило твое безрассудство! Вот уже призывает меня обратно беспощадный рок, и мои залитые слезами глаза уже снова застилает сон. Прощай, великая ночь охватывает меня и уносит с собой, я могу только протянуть к тебе мою бессильную руку, но я не могу больше быть твоей». И она исчезла из глаз Орфея, как дым, рассеивающийся в воздухе. Напрасно он спешил за тенью, напрасно хотел так много сказать ей; больше уж они не увидели друг друга, и Харон, подземный перевозчик, не согласился еще раз перевезти Орфея через замыкающее подземный мир болото. Что мог он сделать, куда мог направиться, он, у кого смерть дважды похитила супругу? Чем мог он умилостивить души мертвых и богов подземного мира? Эвридику как холодную тень уже уносил челнок по водам Стикса. Говорят, что Орфей целых семь месяцев рыдал под скалами на заброшенном берегу реки Стримона» [16].
Источник: [16]. Имре Тренчени-Вальдапфель. Орфей и Эвридика // Н.Н. Трухина, А.Л. Смышляев. Хрестоматия по истории Древней Греции
Комментарий:
Этот фрагмент почти дословно повторяет текст Вергилия «Георгики», IV. 464 – 510 (фрагмент 6 «Катабасиса Орфея).
-----
ФРАГМЕНТ 13.
Первичный фрагмент.
«Вещий родопский певец, обращаясь к Всевышним, супругу // Долго оплакивал. Он обратиться пытался и к теням, // К Стиксу дерзнул он сойти, Тенарийскую щель миновал он, // Сонмы бесплотных теней, замогильные призраки мертвых, // И к Персефоне проник и к тому, кто в безрадостном царстве // Самодержавен, и так, для запева ударив по струнам, // Молвил: «О вы, божества, чья вовек под землею обитель, // Здесь, где окажемся все, сотворенные смертными! Если // Можно, отбросив речей извороты лукавых, сказать вам // Правду, дозвольте. Сюда я сошел не с тем, чтобы мрачный // Тартар увидеть, не с тем, чтоб чудовищу, внуку Медузы, // Шею тройную связать, с головами, где вьются гадюки. // Ради супруги пришел. Стопою придавлена, в жилы // Яд ей змея излила и похитила юные годы. // Горе хотел я стерпеть. Старался, но побежден был // Богом Любви: хорошо он в пределах известен наземных, — // Столь же ль и здесь — не скажу; уповаю, однако, что столь же. // Если не лжива молва о былом похищенье, — вас тоже // Соединила Любовь! Сей ужаса полной юдолью, // Хаоса бездной молю и безмолвьем пустынного царства: // Вновь Эвридики моей заплетите короткую участь! // Все мы у вас должники; помедлив недолгое время, // Раньше ли, позже ли — все в приют поспешаем единый. Все мы стремимся сюда, здесь дом наш последний; вы двое // Рода людского отсель управляете царством обширным. // Так и она: лишь ее положённые годы созреют, // Будет под властью у вас: возвращенья прошу лишь на время. // Если же милость судеб в жене мне откажет, отсюда // Пусть я и сам не уйду: порадуйтесь смерти обоих». // Внемля, как он говорит, как струны в согласии зыблет, // Души бескровные слез проливали потоки. Сам Тантал // Тщетно воды не ловил. Колесо Иксионово стало. // Птицы печень клевать перестали; Белиды на урны // Облокотились; и сам, о Сизиф, ты уселся на камень! // Стали тогда Эвменид, побежденных пеньем, ланиты // Влажны впервые от слез, — и уже ни царица-супруга, // Ни властелин преисподних мольбы не исполнить не могут. // Вот Эвридику зовут; меж недавних теней пребывала, // А выступала едва замедленным раною шагом. // Принял родопский герой нераздельно жену и условье: // Не обращать своих взоров назад, доколе не выйдет // Он из Авернских долин, — иль отымется дар обретенный. // Вот уж в молчанье немом по наклонной взбираются оба // Темной тропинке, крутой, густою укутанной мглою. И уже были они от границы земной недалеко, // Но, убоясь, чтоб она не отстала, и в жажде увидеть, // Полный любви, он взор обратил, и супруга — исчезла! // Руки простер он вперед, объятья взаимного ищет, // Но понапрасну — одно дуновенье хватает несчастный. // Смерть вторично познав, не пеняла она на супруга. // Да и на что ей пенять? Иль разве на то, что любима? // Голос последним «прости» прозвучал, но почти не достиг он // Слуха его; и она воротилась в обитель умерших. // Смертью двойною жены Орфей поражен был» [17].
Источник: [17]. Овидий «Метаморфозы», X. 9 – 64
Комментарии:
1). Особенностью этого отрывка из Овидия является то, что он дословно передаёт текст песни Орфея, построенной по образцу просительной молитвы. После короткого обращения к богам («о вы, божества, чья вовек под землею обитель»), Орфей объясняет им цель своего визита: «Ради супруги пришел». Затем он рассказывает им обстоятельства смерти Эвридики, после чего следует оправдательная часть: Орфей уверяет богов, что сам он готов был примириться со своей участью вдовца, но будучи побеждён богом любви, он решился потревожить подземных владык. Опять же, в своё оправдание он указывает, что бог любви знаком не только на земле, но и в мире мёртвых его тоже знают, ведь Дит и Персефона в своё время вступили в брак по воле Эрота: «вас тоже // соединила Любовь!» После вступительной, идёт непосредственно просительная часть песни (молитвы). Певец просит богов отпустить Эвридику на время: «лишь ее положённые годы созреют, // Будет под властью у вас: возвращенья прошу лишь на время». Он не просит о сверхъестественном чуде и не требует для своей жены вечной жизни. Считая смерть её от укуса змеи случайностью, он выпрашивает у владык Подземного царства лишь справедливого решения: позволить Эвридике жить на земле столько, сколько изначально ей было предопределено судьбою. В этом – слабость позиции Орфея, потому что, вероятнее всего, именно смерть от укуса змеи в молодом возрасте как раз и была предопределена его жене ещё при рождении. Далее следует очень необычная часть молитвы – ультимативная. Орфей поёт: «Если же милость судеб в жене мне откажет, отсюда // Пусть я и сам не уйду: порадуйтесь смерти обоих». По сути, это является настоящей угрозой. Допущенный в самое сердце Аида, Орфей, конечно, не может остаться в нём с живым телом. Это сверхъестественное явление. И это явная угроза. Конечно, Дит нашёл бы способ решить проблему, но красота песни настолько поразила его, что он не заметил нанесённого ему оскорбления.
2). В этом тексте вскользь, но упоминается о том, что в Аиде есть отдельное место для недавно прибывших теней, откуда и была вызвана Эвридика.
3). Овидий говорит, что тени усопших, даже в Аиде несут на себе не только видимость их прежнего тела, но даже его недостатки: тень Эвридики хромала, «выступая едва замедленным раною шагом». Это очень важный момент.
4). Выход из Аида соединяется с его входом наклонной «темной тропинкой, крутой, густою укутанной мглою», по которой нужно взбираться вверх. Причём, на протяжении самого этого мглистого пути ещё действуют законы Аида, то есть, переход считается неотъемлемой территорией Подземного царства, иначе условие Дита, даже при наличии его несоблюдения, не повлекло бы за собой никаких последствий: «уже были они от границы земной недалёко». Граница между Царствами проходит именно по поверхности земли.
-----
ФРАГМЕНТ 14.
Первичный фрагмент.
«Орфей принимал участие в походе аргонавтов, а из любви к жене отважился на неслыханный поступок: он спустился в Аид и, восхитив своей игрой Персефону, упросил ее исполнить его желание — позволить умершей жене возвратиться из Аида. Нечто подобное совершил и Дионис» [18].
Источник: [18]. Диодор Сицилийский «Историческая библиотека», IV. XXV. 4
-----
ФРАГМЕНТ 15.
Первичный фрагмент.
«Относительно Орфея эллины верят многому, что является сущей неправдой, между прочим, тому, что Орфей был сыном музы Каллиопы, а не дочери Пиера, что к нему собирались дикие звери, очарованные прелестью звуков его песен; что он живым сходил в Аид к подземным богам, прося вернуть ему его жену» [19].
Источник: [19]. Павсаний «Описание Эллады», IX. 30.4
Комментарий:
Несмотря, в целом, на довольно критическое отношение Павсания к личности Орфея, здесь чётко прописано то положение орфики, в котором ясно указано на схождение его в Аид живым, то есть, вместе с телом. Не душа Орфея спускалась в Подземное царство, а весь человек, состоящий из души и тела. В этом заключена сверхъестественность данного события.
-----
ФРАГМЕНТ 16.
Первичный фрагмент.
«Но другие передают, что после преждевременной смерти своей жены он ходил из-за нее в Аорн в Феспротидской области; там издревле был оракул и практиковалось вызывание теней умерших. Он думал, что душа Эвридики следует за ним; но когда, обернувшись, он увидал, что он ошибся, то от горя он собственноручно лишил себя жизни» [20].
Источник: [20]. Павсаний «Описание Эллады», IX. 30.6
Комментарий:
Павсаний здесь рационалистически толкует события мифа об Орфее. Он утверждает, что вместо схождения в Аид, певец ходил только к оракулу в Аорне (запад Греции), где «практиковалось вызывание теней умерших».
-----
ФРАГМЕНТ 17.
Вторичный фрагмент.
«Существует один пассаж, в котором это ассоциируется с Орфеем. Плутарх, рассуждая о великом кратере, из которого сны извлекают свою смесь истины и лжи, говорит, что это известно благодаря Орфею, отправившемуся на поиски Эвридики, после которого он опубликовал рассказ о своем путешествии, упоминая о Дельфийском оракуле, разделенном Аполлоном и Ночью. Похоже Дельфийское святилище было связано с Кратером, и Орфей вернулся из подземного мира тем же путем, как и Эней вернулся через ворота снов у Вергилия. Вполне вероятно, что орфической поэмой, на которую ссылается Плутарх, и был «Кратер». Но была так же поэма «Нисхождение в Аид», приписываемая Эпигеном Керкопу, а другими Иеродику или Орфею из Камарины. Возможно, эта поэма была написана в автобиографической форме, где Орфей описывает свои поиски Эвридики и открывает людям судьбу души, во многом так же, как в платоновском мифе. О Пифагоре так же говорили (возможно на основе ранних свидетельств), что он спускался в Аид и вернулся. Есть основание сомневаться в том, что Эсхил был знаком с поэмой о нисхождении Орфея в Аид. Сюжет его «Вакханок», следующий: Орфей в результате того, что он увидел в подземном мире, когда он туда спускался, чтобы повстречаться со своей женой, пренебрегает почитанием Диониса, который сделал его знаменитым, и вместо него почитает Солнце, которое он идентифицирует с Аполлоном как величайшим богом. Он взбирается на гору Пангеон, чтобы встретить расцвет. Там на него нападают вакханки, гонимые разгневанным Дионисом, чтобы закончить свою ночную пирушку и разрывают Орфея на части. Как было замечено раньше, это новая версия популярной истории, согласно которой Орфей был разрублен на части и обезглавлен (но не разорван на куски) фракийскими женщинами (не вакханками). Эсхил подтверждает связь между Орфеем и культом Диониса. Но в тоже время он изображает отступника, более философствующего Орфея, который поклоняется Аполлону-Солнцу согласно знаниям, полученным им в подземном мире. Аполлон гораздо в большей степени, чем Дионис, был богом Пифагора. И мы только что увидели, что Аполлон принимает участие в путешествии Орфея в подземный мир в поэме «Кратер», которая приписывается пифагорейцу Зопиру. Похоже, Эсхил был знаком с этой или подобной орфической поэмой. Он мог познакомиться с ней скорее в Сицилии, чем в Афинах. Кроме того, Софокл тоже слышал об интеллектуальном культе Солнца» [21].
Источник: [21]. Мартин Уэст «Орфические поэмы», I, Перевод А.С. Кузнецовой и Е.В. Афонасина. Источник: Martin West, The Orphic Poems, Oxford, Clarendon, 1983.
-----
ФРАГМЕНТ 18.
Первичный фрагмент.
«Говорят, что Геракл, сойдя <в Аид>, вернулся на Землю, ведя за собой Кербера, и таким же образом Орфей вывел свою супругу Евридику. Истина же состоит в том, что когда кто-нибудь оставался жив, вернувшись из далекого путешествия или избавившись от чрезвычайной опасности, говорили, что он спасся от Аида. Почему еще и теперь про людей, уцелевших после тяжелых испытаний, опасных походов и губительных болезней, мы говорим, что они спаслись от Аида» [22].
Источник: [22]. Гераклит Парадоксограф «Опровержение или исцеление от мифов, переданных вопреки природе», XXI
Комментарий:
Ещё один пример «рационального» толкования мифологических событий. Удивительно только то, что Эвридика сравнивается с Цербером. Трёхглавого пса Геракл выводил из Аида силой, а Эвридика сама следовала за Орфеем. Сходства никакого не видно.
-----
ФРАГМЕНТ 19.
Первичный фрагмент.
«После этих объяснений душа стремительно перенесла Феспесия через пространство, казавшееся неизмеримым, и полет их, как бы на крыльях световых лучей, был легок и незатруднен. ...Пролетев еще столько же, он увидел издали словно большой кратер и вливающиеся в него струи: одну — белее морской пены и снега, другую пурпурную, как радуга, остальные — каждая своего цвета, лучащиеся вдаль. Когда же он подошел ближе, то кратер потускнел, краски растаяли, изо всех цветов продолжал сиять только белый. Ему предстали три демона, рядом сидевшие с трех сторон и мерно помешивавшие в кратере. «До этого места, — сказал душеводитель Феспесия, — доходил Орфей, когда он искал душу своей жены, но он не мог запомнить виденное и разнес среди людей ложный слух, будто Аполлон делит свое дельфийское прорицалище с Ночью, хотя у них нет ничего общего. На самом же деле Ночь имеет общее прорицалище с Селеною, но и оно находится здесь. Но седалища на земле она не имеет, и предвещания не оглашаются в едином месте, а носятся повсюду меж людей как сны и грезы. И в них здесь смешивается, как ты видишь, простая правда с обманом и хитростью и разносится повсюду» [23].
Источник: [23]. Плутарх «Почему божество медлит с воздаянием», 27, 28
-----
ФРАГМЕНТ 20.
Вторичный фрагмент.
«Об Орфее рассказывали, что, пытаясь вернуть на землю свою невесту Эвридику, погибшую от укуса змеи, он спускался в Преисподнюю. И даже там его лира творила чудеса: чудовища закрывали свои пасти, успокаивались злобные эринии, сам властитель Аида был покорен Орфеем. Он согласился отдать ему Эвридику, но с тем условием, чтобы певец шел впереди, не оглядываясь на нее. Но Орфей не мог преодолеть наплыва чувств и обернулся: Эвридика была увлечена в бездну, на этот раз навсегда. Безутешный, скитался певец по земле, не находя покоя. Но вскоре и его самого настигла гибель [24]».
Источник: [24]. Алекс Боу «Орфическая теософия»
-----
ФРАГМЕНТ 21.
Вторичный фрагмент.
«Решил Орфей спуститься в мрачное царство душ умерших, чтобы упросить владыку Аида и жену его Персефону вернуть ему жену. Через мрачную пещеру Тэнара спустился Орфей к берегам священной реки Стикса. Стоит Орфей на берегу Стикса. Как переправиться ему на другой берег туда, где находится мрачное царство владыки Аида? Вокруг Орфея толпятся тени умерших. Чуть слышны стоны их, подобные шороху падающих листьев в лесу поздней осенью. Вот послышался вдали плеск весел. Это приближается ладья перевозчика душ умерших, Харона. Причалил Харон к берегу. Просит Орфей перевезти его вместе с душами на другой берег, но отказал ему суровый Харон. Как ни молит его Орфей, все слышит он один ответ Харона - «нет!». Ударил тогда Орфей по струнам своей золотой кифары, и широкой волной по берегу мрачного Стикса звуки ее струн. Своей музыкой очаровал Орфей Харона; слушает он игру Орфея, опершись на свое весло. Под звуки музыки вошел Орфей в ладью, оттолкнул ее Харон веслом от берега, и поплыла ладья через мрачные воды Стикса. Перевез Харон Орфея. Вышел он из ладьи и, играя на золотой кифаре, пошел по мрачному царству душ умерших к трону бога Аида, окруженный душами, слетевшимися на звуки его кифары. Играя на кифаре, приблизился к трону Аида Орфей и склонился пред ним. Сильнее ударил он по струнам кифары и запел; он пел о своей любви к Эвридике и о том, как счастлива была его жизнь с ней в светлые, ясные дни весны. Но быстро миновали дни счастья. Погибла Эвридика. О своем горе, о муках разбитой любви, о своей тоске по умершей пел Орфей. Все царство Аида внимало пению Орфея, всех очаровала его песня. Склонив на грудь голову, слушал Орфея бог Аид. Припав головой к плечу мужа, внимала песне Персефона; слезы печали дрожали на ее ресницах. Очарованный звуками песни, Тантал забыл терзающие его голод и жажду. Сизиф прекратил свою тяжкую, бесплодную работу, сел на тот камень, который вкатывал на гору, и глубоко, глубоко задумался. Очарованные пением, стояли данаиды, забыли они о своем бездонном сосуде. Сама грозная трехликая богиня Геката закрылась руками, чтобы не видно было слез на ее глазах. Слезы блестели и на глазах не знающих жалости Эриний, даже их тронул своей песней Орфей. Но вот все тише звучат струны золотой кифары, все тише песнь Орфея, и замерла она, подобно чуть слышному вздоху печали. Глубокое молчание царило кругом. Прервал это молчание бог Аид и спросил Орфея, зачем пришел он в его царство, о чем он хочет просить его. Поклялся Аид нерушимой клятвой богов – водами реки Стикса, что исполнит он просьбу дивного певца. Так ответил Орфей Аиду: - О, могучий владыка Аид, всех нас, смертных, принимаешь ты в свое царство, когда кончаются дни нашей жизни. Не затем пришел я сюда, чтобы смотреть на те ужасы, которые наполняют твое царство, не затем, чтобы увести, подобно Гераклу, стража твоего царства - трехголового Кербера. Я пришел сюда молить тебя отпустить назад на землю мою Эвридику. Верни ее назад к жизни; ты видишь, как я страдаю по ней! Подумай, владыка, если бы отняли у тебя жену твою Персефону, ведь и ты страдал бы. Не навсегда же возвращаешь ты Эвридику. Вернется опять она в твое царство. Кратка жизнь наша, владыка Аид. О, дай Эвридике испытать радости жизни, ведь она сошла в твое царство такой юной! Задумался бог Аид и, наконец, ответил Орфею: - Хорошо, Орфей! Я верну тебе Эвридику. Веди ее назад к жизни, к свету солнца. Но ты должен исполнить одно условие: ты пойдешь вперед следом за богом Гермесом, он поведет тебя, а за тобой будет идти Эвридика. Но во время пути по подземному царству ты не должен оглядываться. Помни! Оглянешься, тотчас покинет тебя Эвридика и вернется навсегда в мое царство. На все был согласен Орфей. Спешит он скорее идти в обратный путь. Привел быстрый, как мысль, Гермес тень Эвридики. С восторгом смотрит на нее Орфей. Хочет Орфей обнять тень Эвридики, но остановил его бог Гермес, сказав: - Орфей, ведь ты обнимаешь лишь тень. Пойдем скорее; труден наш путь. Отправились в путь. Впереди идет Гермес, за ним Орфей, а за ним тень Эвридики. Быстро миновали они царство Аида. Переправил их через Стикс в своей ладье Харон. Вот и тропинка, которая ведет на поверхность земли. Труден путь. Тропинка круто подымается вверх, и вся она загромождена камнями. Кругом глубокие сумерки. Чуть вырисовывается в них фигура идущего впереди Гермеса. Но вот далеко впереди забрезжил свет. Это выход. Вот и кругом стало как будто светлее. Если бы Орфей обернулся, он увидал бы Эвридику. А идет ли она за ним? Не осталась ли она в полном мрака царстве душ умерших? Может быть, она отстала, ведь путь так труден! Отстала Эвридика и будет обречена скитаться во мраке. Орфей замедляет шаг, прислушивается. Ничего не слышно. Да разве могут быть слышны шаги бесплотной тени? Все сильнее и сильнее охватывает Орфея тревога за Эвридику. Все чаще он останавливается. Кругом же - все светлее. Теперь ясно рассмотрел бы Орфей тень жены. Наконец, забыв все, он остановился и обернулся. Почти рядом с собой увидал он тень Эвридики. Протянул к ней руки Орфей, но дальше, дальше тень потонула во мраке. Словно окаменев, стоял Орфей, охваченный отчаянием. Ему пришлось пережить вторичную смерть Эвридики, виновником этой второй смерти был он сам. Долго стоял Орфей. Казалось, жизнь покинула его; казалось, что это стоит мраморная статуя. Наконец, пошевельнулся Орфей, сделал шаг, другой и пошел назад, к берегам мрачного Стикса. Он решил снова вернуться к трону Аида, снова молить его вернуть Эвридику. Но не повез его старый Харон через Стикс в своей утлой ладье, напрасно молил его Орфей, не тронули мольбы певца неумолимого Харона. Семь дней и ночей сидел печальный Орфей на берегу Стикса, проливая слезы скорби, забыв о пище, обо всем, сетуя на богов мрачного царства душ умерших. Только на восьмой день решил он покинуть берега Стикса и вернуться во Фракию» [25].
Источник: [25]. Н. А. Кун «Легенды и мифы Древней Греции», текст цитируется по изданию Государственного учебно-педагогического издательства Министерства просвещения РСФСР, Москва, 1957 год, стр. 200 – 202
-----
ФРАГМЕНТ 22.
Вторичный фрагмент.
«Помимо традиции, согласно которой (как представляется в данном случае) Орфей был убит врагами его собственного учения, существовал ещё один известный вариант, в котором Орфей, вернувшись из Аида, отказался от поклонения Дионису-Вакху и обратился вместо этого к Гелиосу-Аполлону, за что оскорбленный бог (Дионис) растерзал его с помощью своих менад [26]».
Источник: [26]. «Орфей вакхический. Исчезнувший крест», Франческо Каротта и Арне Эйкенберг.
Комментарий:
В данном фрагменте особую важность представляет мнение исследователей, что Орфей стал служить Аполлону, оставив Диониса именно после схождения в Аид. Следовательно, побудительный мотив лежал в контексте событий катабасиса.
-----
ФРАГМЕНТ 23.
Первичный фрагмент.
«Женой его была одна из дриад по имени Евридика. Убегая от козней Аристея, сына нимфы Кирены, дочери бога реки Пеней из Фессалии, она наступила на змею, скрывавшуюся в траве, от яда которой и погибла. Потрясенный невыносимой скорбью, Орфей, взяв лиру, отправился в Подземное царство. Сладостью своего пения он смягчил суровость Плутона и добился возвращения Евридики, но с условием, что он будет идти впереди нее, и не будет оборачиваться, чтобы посмотреть на нее. Однако, не в силах вынести нетерпение любви, он забыл о данном им обещании и обернулся к своей жене, которая уже была в его власти. И когда законы судьбы отнимали ее ("legeque fatorum eam retrahente"), она внезапно ускользнула от его взора, и он потерял ее навсегда» [27].
Источник: [27]. Второй Ватиканский мифограф, 44.
-----